об авторе - about


≈     Главная      Об авторе и трудах      Книги     Статьи и доклады     ≈

≈     Воспоминания     Экспедиции      Документы      Письма    ≈

≈     Фотогалерея      Аудио      Видео       Мои гости     ≈




Музыка России, вып. 2. М., 1978, с. 472–476.



ПРОБЛЕМЫ ФОРМИРОВАНИЯ ЛАДА
(на материале якутской народной песни).

М., «Музыка», 1976. Тираж 2100 экз.



Валерий Ерохин

Валерий Ерохин



Эта книга вышла под грифом Института истории искусств Министерства культуры СССР (недавно преобразованного, во Всесоюзный научно-исследовательский институт искусствознания).  В основу книги положена кандидатская диссертация Э.Алексеева «Якутские песни в свете теории мелодических ладов» (1970), выполненная под руководством проф. В.М. Беляева (1888—1968).

Название книги Э. Алексеева отражает её интердисциплинарный характер:  это одновременно и музыкально-теоретическое, и фольклористическое (точнее, этномузыковедческое) исследование.  Опираясь на собственные полевые записи, сделанные в различных районах Якутии, а также на материалы, собранные и опубликованные другими фольклористами, автор избирает во многом новый подход к изучению объективных закономерностей, определяющих глубинные исторические процессы зарождения и развития ладовых систем, присущих одноголосным напевам устной традиции.  В книге подробно описаны различные стили пения и многочисленные жанры якутского музыкального фольклора.  Эволюция традиционной якутской мелодики прослеживается от древнейших форм интонирование до современной массовой песни.  Книга Э.Алексеева даёт гораздо более полное представление о якутском музыкальном фольклоре, чем ранее вышедшие работы, касающиеся этой тематики.  Но ещё важнее, что привлекаемые автором многочисленные образцы якутской народной песенности служат ему материалом для разработки фундаментальных проблем генезиса, природы и движущих сил ладовой организации.

Исследуя якутскую народно-песенную культуру, автор предпринимает попытку как бы реконструировать некоторые существенные черты отдалённого, давно пройденного массовым музыкальным сознанием этапа формирования ладового мышления.  И надо сказать, что в исследовании, ставящем перед собой подобные задачи, обращение к фольклору этого небольшого тюркоязычного народа, населяющего необозримые просторы северо-востока Сибири и долгое время не имевшего сколько-нибудь тесных контактов с другими национальными культурами, вполне правомерно.  В самом деле, в богатейшем якутском музыкальном фольклоре, с его специфической манерой пения, с его самобытными виртуозными эпическими импровизациями и непритязательными, лаконичными бытовыми напевами, до сих пор сохранилось немало признаков ранней стадии эволюции лада.  Не приходится, конечно, сомневаться в том, что эта песенная культура претерпела за последние десятилетия значительные изменения.  Однако давние традиции здесь всё ещё живы, и, применяя соответствующий аналитический аппарат, исследователь якутской песни действительно имеет возможность в известной мере судить не только об особенностях данной национальной музыкальной культуры, но и об истоках ладового мышления как такового.  Быть может, не лишено оснований предположение, высказанное в конце XIX века В.Л. Серошевским:  «Если правда, что древние когда-то распевали “Илиаду” и “Одиссею”, то они, я полагаю, должны были делать это именно так, как теперь якуты поют свои знаменитые “олонхо”».

В то же время даже самые архаичные из сохранившихся до наших дней традиционных якутских напевов представляют для нас сегодня далеко не только теоретический, но и практический интерес (как художественные ценности).  Это во многом связано с характерной для нашего времени всё возрастающей тягой слушателя, воспитанного на музыке европейской профессиональной традиции, к неповторимой выразительности музыки внеевропейских народов.

Якутская народная песня одноголосна.  Здесь мы, за редчайшими исключениями, имеем дело с сольным пением без сопровождения.  С точки зрения автора книги, ладовый аспект народных мелодий, характерных для начальных стадий эволюции музыкального мышления, настолько тесно связан с их линеарным обликом, что песенный материал этого рода не может быть в полной мере осмыслен с позиций традиционной функциональной теории.  Более того, текучая, нестабильная мелодика этих песен едва ли может быть адекватно отражена средствами полутоновой нотации.  В обычной нотной записи эти напевы либо искусственно диатонизируются, либо, наоборот, излишне хроматизируются и, стало быть, неизбежно искажаются, а иной раз и обессмысливаются.  Автор книги в своих нотных расшифровках часто прибегает к особым, дополнительным способам фиксации повышения и понижения тона, хотя и это не даёт полного представления о реальной интонации.  Тем не менее, особого рода ладоинтонационная упорядоченность в подобных песенных образцах вполне ощутима, только она не укладывается в рамки общепринятых представлений теории музыки.  В связи с этим автор выдвигает стройную (и достаточно гибкую) систему понятий и теоретических положений, позволяющую осознать и обобщить исходные принципы раннефольклорного сольно-вокального интонирования.  Применяя созданный таким путем инструмент исследования и учитывая значительные различия в возрасте анализируемых песен, а следовательно, и в степени сформированности их ладового организма, автор книги стремится проследить длительный и сложный путь эволюции лада — процесс превращения архаической линеарности в развитую тональную систему (в более близких к нашему времени пластах якутского фольклора уже обнаруживается сложившаяся мажорно-минорная система).

Читатель, безусловно, ощутит концепционность и новизну подхода к предмету исследования, оригинальность теоретических построений.  В то же время автор во многом опирается на мысли Б.Асафьева, К.Брэйлою, С.Джуджева, Н.Гарбузова, 3.Кодая, Э.Курта, Л.Мазеля, А.Моля, Е.Назайкинского, Б.Теплова, Ю.Тюлина, А.Эльшековой и многих других советских и зарубежных учёных.

Одна из существенных для понимания авторской концепции гипотез Э.Алексеева — положение о трёх стадиях эволюции мелодического лада.  На первом из этих этапов используемый в пении звуковысотный материал носит чисто случайный характер;  здесь пока ещё лишь нащупываются отдельные опоры.  На второй стадии звукоряды остаются всё ещё весьма подвижными, но уже действуют некоторые, наиболее общие ладовые закономерности:  из недостаточно дифференцированной в высотном отношении массы звуков выделяются немногочисленные интонационные устои.  И лишь для третьего этапа характерны полная упорядоченность, стабильность звукорядов, определённость ладовых функций, входящих в них звуков и становление тоник (в этой роли могут выступать один или несколько устоев).  Следует иметь в виду, что в контексте работы Э.Алексеева большую смысловую нагрузку несёт именно разграничение этих трёх категорий:  опора (а также опорная зона), устой и тоника.

Большое внимание в книге уделяется свойственным якутской песенности «раскрывающимся ладам» (термин Г.Григоряна), в которых нестабильность звуковысотного материала сочетается с чёткой упорядоченностью ритмической и линеарной структуры.  Дело в том, что в протяженных эпических песенных образцах мелодическое развитие обычно протекает под знаком преобладания центробежных тенденций.  Певец-импровизатор постепенно отходит от того круга звуков, которым он пользовался в начальной фазе развертывания мелодической линии.  Таким образом, в пределах одной и той же мелодии звукоряд подвергается неоднократному варьированию, и этот процесс раскрытия лада может быть расчленён на ряд фаз.

Но существует и другая разновидность звукорядного варьирования — та изменчивость звукового состава, которую автор книги обнаруживает при сопоставлении конкретного бытового напева с рядом подобных ему напевов, исполняемых на те же самые слова.  И в этой связи он приходит к очень интересному заключению:  в такого рода разновысотных вариантах одного и того же напева мы имеем дело, по существу, не с разными ладами, а с разными версиями одной и той же ладовой структуры.  На ранних этапах эволюции ладового мышления все эти версии совершенно равнозначны, ведь, как показывает Э.Алексеев в своей книге, они и для самого поющего имеют (или, во всяком случае, когда-то имели) одинаковый музыкальный смысл.  Каждая из таких версий лада сопоставима с одной фазой того процесса раскрытия лада, который составляет суть охарактеризованных выше «раскрывающихся ладов» эпических напевов.  Таким образом, в незамысловатых якутских бытовых напевах мы часто сталкиваемся как бы с однофазовыми срезами ладового развития, наблюдаемого в пределах одного образца несравненно более сложных в структурно-интонационном отношении эпических жанров якутской песенности.

Анализ звукорядного варьирования приводит автора книги к констатации «праладовой», «предтональной» природы ранних форм интонирования.  Архаическая ладовая организация не определяется ни звукорядом, находящим применение в том или ином напеве, ни даже тоном как таковым.  В известном смысле это даже ещё и не лад, а, так сказать, «пралад».  По отношению к подобной раннеладовой организации автор применяет такие рабочие термины, как «нетональный лад», «дотональный лад» и т. п.  Однако во всех этих напевах какая-то форма ладовой организации всё же налицо, и потому неоднократно фигурирующее в книге выражение «мелодические лады» оказывается в применении к описываемому кругу явлений также вполне уместным.  Главное, всё это расширяет и углубляет наши представления о природе лада.  И, быть может, действительно имеет смысл не считать вполне сложившийся, стабильный звуковой состав непременным признаком лада.

Согласно развиваемой в книге концепции, источник лада — линеарное начало. Анализируя линеарный аспект напевов, автор различает два интонационных наклонения — «асцендентное» и «десцендентное», а затем приходит к выводу о целесообразности применения этих понятий также и к мелодическим ладам. Одновременно он прослеживает пути постепенной стабилизации нескольких взаимозависимых тонов как существенных компонентов лада, а также вскрывает механизм взаимодействия линеарных и ладовых факторов.  Всё это позволяет автору предложить достаточно обоснованную систему первичных ладомелодических функций, и, наконец, построить гипотетическую модель кристаллизации развитой тональной системы.

Книга Э.Алексеева представляет собой опыт исследования процесса постепенной «тонализации» того интонационного материала, который на заре спонтанного пения был, по всей вероятности, весьма неподатливым сырьём.  В работе по-новому освещаются некоторые аспекты природы ладовой организации, а вместе с тем и какие-то грани такой важной для теоретического музыкознания проблемы, как вопрос о происхождении тональных факторов музыки.

Книга снабжена библиографическим списком, предметно-тематическим указателем и резюме на английском языке.

В.Ерохин



≈     Главная      Об авторе и трудах      Книги     Статьи и доклады     ≈

≈     Воспоминания     Экспедиции      Документы      Письма    ≈

≈     Фотогалерея      Аудио      Видео       Мои гости     ≈